sestra_milo | Последний рабочий день

Пришла сегодня на работу — последний день перед отпуском! Открываю дверь в поликлинику, вся в предвкушении грядущего отпуска и поездки в Эйлат, перед глазами пять бассейнов в Клаб-отеле, синее море с плещущей волны, белые барашки, запах соленой воды, шума прибоя, клочья пены на песке, капли воды на горячей коже, паруса, буйки у горизонта, буревестники, подводные лодки, девятый вал, тайфуны с ласковыми именами, дядька Черномор... Включаю свет и иду по поликлинике, уже заранее счастливая, и мне кажется, что я уже на море и иду по воде... По крайней мере, ноги у меня уже мокрые. Опускаю взглял, навожу резкость и вижу, что вся поликлиника залита водой, из кухни раздается журчащий плеск прибоя, мне навстречу несутся волны, и во все комнаты бурными реками заливаются тонны воды. А я стою, онемев, и у меня в голове только одна мысль — блять! Ну почему именно сегодня? Почему не завтра, когда я уже буду в отпуске?!

Подумав немного, отказываюсь от мысли совершить заплыв на кухню, жалко портить свои старенькие босоножки. Разворачиваюсь и... ухожу из поликлиники совсем. Иду в машину, где у меня лежит сумка для спортзала, в ней лежит спортивная одежда и шлепки для душа. Возвращаюсь, с трудом нахожу сухой пятачок, снимаю с себя красивое платье, натягиваю удобную спортивную одежду и шлепки. Теперь я готова!

Ни одна собака в половине восьмого утра пятницы на телефон не отвечает — от уборщицы до начальницы. Пишу отчаянное сообщение в групповой чат и плыву на кухню. Блин, ну почему, почему это случилось именно со мной, почему этот потоп не могла обнаружить, к примеру, секретарша? Осматриваю поле боя. Виновником потопа оказывается прибор для холодной и горячей воды Тами4. Трубочка, которая подводит к прибору воду, отошла, и вода тоненькой струйкой сочится из разрыва. Я осматриваю подключение, обнаруживаю трубочку, ведущую под раковину, ныряю туда, нахожу кран и перекрываю его.

Теперь остается только вычерпать все это море. К сожалению, в поликлинике нет ни одного стока, куда можно было бы выгнать воду. Придется вычерпывать все это руками, тряпками в ведра. Я иду в закуток, где уборщица хранит свое имущество, вытаскиваю оттуда ведра, собираю по углам тряпки, беру швабры с резинкой на конце. Надеваю перчатки и начинаю орудовать шваброй, сгребая воду, разбрасываю по водной поверхности тряпки и бесконечно отжимаю их в ведра.

К 8 часам в поликлинику приходит доктор Мусорщик, бросает сумку, засучивает рукава и присоединяется ко мне. Впервые в жизни я была очень рада его видеть! Любой другой врач, который мог работать у нас в это утро (поверьте мне, я знаю о чем говорю), поднял бы руки, сказал «у меня лапки» и наблюдал бы со стороны, как я сражаюсь со стихией — потому что не царское это дело, потому что они на замене, потому что у них сердце, спина, операция, голова и жопа. Секретарша бегала бы вокруг, завывая в телефон и призывая все службы спасения на помощь — у нее спина болит после аварии, она не в состоянии поднять ничего тяжелее бумажки, она никогда бы не прикоснулась к тряпке.

Зазвонил телефон, позвонила начальница, надавала мне кучу указаний. Позвонила пожилая медсестра, которая едва продрала глаза, спрашивала меня, нужна ли мне помощь. Я попросила ее прийти. Мы выставили желтый знак «осторожно, мокро!» в коридоре, за ним сгрудились пациенты, с интересом наблюдавшие за нами, в шесть рук, восемь тряпок, три ведра и две швабры сражающимися с озером воды. Пациенты давали нам советы, спрашивали, быстро ли мы управимся, потому как им срочно нужен рецепт или справка, и не могли бы мы бросить на минуточку возиться с тряпкой, быстренько сплавать в кабинет и сделать им хорошо.

Какое счастье, что все компьютеры у нас стоят на подставках, а не прямо на полу! Какое счастье, что вода так и не добралась ни до одного источника электричества и нас не долбануло током! Какое счастье, что мы каким-то чудом не затопили детский садик на нижнем этаже (по крайней мере, оттуда пока никто не приходил). Какое счастье, что я нашла источник проблемы и перекрыть пришлось только маленький краник от Тами4, а не главный кран в здании. И количество ведер воды, которое нам пришлось вычерпать, было большим, но не огромным, и мы с этим справились. Выглядело это намного страшнее, чем было на самом деле. Мы вычерпали воду, сгребли всю жижу, протерли влагу под стульями, под столами, во всех кабинетах и во всех углах, потом врубили все кондиционеры, чтобы они высушили всю мокроту, и через полчаса я смогла убрать предупреждающий знак. Электричество таки отрубилось, но только на одном предохранителе, я это заметила, когда пошла варить себе в микроволновке овсянку, и я вернула его на место, предварительно отключив от сети Тами4. Поликлиника сияла чистотой, заодно мы и полы помыли во всех помещениях. Я позвонила в сервис и вызывала ремонтника, в воскресенье утром они приедут в поликлинику чинить прибор.

Я сделала себе кофе, проверив и выкинув два пакета скисшего молока, и потом сквозь щель приоткрытой двери наблюдала, как доктор Мусорщик, как обычно проинспектировав мусорку, обнаружил эти два полупустых пакета и утащил к себе, бережно спрятав в сумку...
А когда мы прощались - весьма тепло, в отличие от обычных разов - я поблагодарила его за помощь, а он меня - "за незабываемое, очень особенное переживание"!!!!!

Page 1 of 2 << [1] [2] >>

Flat | Top-Level Comments Only

From:

malinada.livejournal.com

о боже, зачем мусорщик прибрал к рукам скисшее молоко??? оладьи будет печь?:) а как на иврите мусорщик поблагодарил? хавайя меюхедет бильти нишкехет?:)

From:

Последний рабочий день

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags