sestra_milo

Как бы рассказали "Красную шапочку"...

Эдгар По
На опушке старого, мрачного, обвитого в таинственно-жесткую вуаль леса, над которым носились темные облака зловещих испарений и будто слышался фатальный звук оков, в мистическом ужасе жила Красная Шапочка.

Эрнст Хемингуэй
Мать вошла, она поставила на стол кошелку. В кошелке было молоко, белый хлеб и яйца.
- Вот, - сказала мать.
- Что? - спросила ее Красная Шапочка.
- Вот это, - сказала мать, - отнесешь своей бабушке.
- Ладно, - сказала Красная Шапочка.
- И смотри в оба, - сказала мать, - Волк.
- Да.
Мать смотрела, как ее дочь, которую все называли Красной Шапочкой,потому что она всегда ходила в красной шапочке, вышла и, глядя на свою уходящую дочь, мать подумала, что очень опасно пускать ее одну в лес; и, кроме того, она подумала, что волк снова стал там появляться; и, подумав это, она почувствовала, что начинает тревожиться.

Ги де Мопассан
Волк ее встретил. Он осмотрел ее тем особенным взглядом, который опытный парижский развратник бросает на провинциальную кокетку, которая все еще старается выдать себя за невинную. Но он верит в ее невинность не более ее самой и будто видит уже, как она раздевается, как ее юбки падают одна за другой и она остается только в рубахе, под которой очерчиваются сладостные формы ее тела.

Виктор Гюго
Красная Шапочка задрожала. Она была одна. Она была одна, как иголка в пустыне, как песчинка среди звезд, как гладиатор среди ядовитых змей, как сомнабула в печке...

Джек Лондон
Но она была достойной дочерью своей расы; в ее жилах текла сильная кровь белых покорителей Севера. Поэтому, и не моргнув глазом, она бросилась на волка, нанесла ему сокрушительный удар и сразу же подкрепила его одним классическим апперкотом. Волк в страхе побежал. Она смотрела ему вслед, улыбаясь своей очаровательной женской улыбкой.

Ярослав Гашек
- Эх, и что же я наделал? - бормотал Волк. - Одним словом обделался.

Оноре де Бальзак
Волк достиг домика бабушки и постучал в дверь. Эта дверь была сделана в середине 17 века неизвестным мастером. Он вырезал ее из модного в то время канадского дуба, придал ей классическую форму и повесил ее на железные петли, которые в свое время, может быть, и были хороши, но ужасно сейчас скрипели. На двери не было никаких орнаментов и узоров, только в правом нижнем углу виднелась одна царапина, о которой говорили, что ее сделал собственной шпорой Селестен де Шавард - фаворит Марии Антуанетты и двоюродный брат по материнской линии бабушкиного дедушки Красной Шапочки. В остальном же дверь была обыкновенной, и поэтому не следует останавливаться на ней более подробно.

Оскар Уайльд
Волк. Извините, вы не знаете моего имени, но...
Бабушка. О, не имеет значения. В современном обществе добрым именем пользуется тот, кто его не имеет. Чем могу служить?
Волк. Видите ли... Очень сожалею, но я пришел, чтобы вас съесть.
Бабушка. Как это мило. Вы очень остроумный джентльмен.
Волк. Но я говорю серьезно.
Бабушка. И это придает особый блеск вашему остроумию.
Волк. Я рад, что вы не относитесь серьезно к факту, который я только что вам сообщил.
Бабушка. Нынче относиться серьезно к серьезным вещам - это проявлениедурного вкуса.
Волк. А к чему мы должны относиться серьезно?
Бабушка. Разумеется к глупостям. Но вы невыносимы.
Волк. Когда же Волк бывает несносным?
Бабушка. Когда надоедает вопросами.
Волк. А женщина?
Бабушка. Когда никто не может поставить ее на место.
Волк. Вы очень строги к себе.
Бабушка. Рассчитываю на вашу скромность.
Волк. Можете верить. Я не скажу никому ни слова (съедает ее).
Бабушка. (из брюха Волка). Жалко, что вы поспешили. Я только чтособиралась рассказать вам одну поучительную историю.

Эрих Мария Ремарк
Иди ко мне, - сказал Волк.
Красная Шапочка налила две рюмки коньяку и села к нему на кровать. Они вдыхали знакомый аромат коньяка. В этом коньяке была тоска и усталость - тоска и усталость гаснущих сумерек. Коньяк был самой жизнью.
- Конечно, - сказала она. - Нам не на что надеяться. У меня нет будущего.
Волк молчал. Он был с ней согласен.

В современном варианте :
Жила-была молодая личность по имени Красная Шапочка.
Жила она со своей матерью на опушке большого леса. Однажды мать попросила ее отнести корзинку со свежими фруктами и минеральной водой в дом ее бабушки - не потому, заметьте, что это была работа, присущая женскому полу, а потому, что это являлось щедрым деянием и помогало создавать ощущение общности.
Далее, ее бабушка не была больна, а, напротив, находилась в полном физическом и духовном здравии и была полностью способна заботиться о себе как зрелый взрослый человек.
Итак, Красная Шапочка отправилась со своей корзинкой через лес. Многие люди считали, что лес - это предопределенное и опасное место, и никогда в него не заходили. Однако Красная Шапочка была достаточно уверена в своей нарождающейся сексуальности, так что подобные очевидно фрейдистские картинки ее не пугали.
По дороге к дому бабушки путь ей преградил волк, который спросил, что у нее в корзинке. Она ответила: "Hекоторая полезная еда для моей бабушки, которая, несомненно, способна заботиться о себе, как зрелый взрослый человек".
Волк сказал: "Ты знаешь, дорогая, для маленькой девочки идти одной через этот лес небезопасно".
Красная Шапочка ответила: "Я нахожу ваше сексистское замечание крайне оскорбительным, но я не буду обращать на него внимание, поскольку ваш традиционный статус общественного изгоя вызвал стресс, который вынудил вас развить ваш собственный полностью значимый взгляд на мир. А теперь, если вы позволите, я продолжу свой путь".
Красная Шапочка пошла по основной дороге. Но, поскольку положение вне общества освободило его от рабской приверженности линейному западному образу мышления, волк знал более короткую дорогу к дому бабушки.
Он ворвался в дом и съел бабушку, что являлось вполне естественным действием для такого хищника, как он. Затем, не будучи затронут жесткими традиционалистскими понятиями о том, что мужское, а что - женское, он одел ночную рубашку бабушки и залез в постель.
Красная Шапочка вошла в коттедж и сказала: "Бабушка, я принесла тебе обезжиренную еду без соли и холестерина, чтобы приветствовать тебя в твоем положении мудрого и ведущего матриарха".
Волк тихо откликнулся из кровати: "Подойди ближе, дитя, чтобы я могла тебя рассмотреть".
Красная Шапочка сказала: "Ой, я забыла, что ты оптически-недостаточна как летучая мышь. Бабушка, какие у тебя большие глаза!"
"Они много видели и многое простили, дорогая!"
"Бабушка, какой у тебя большой нос - конечно, только относительно, и, конечно, в своем роде привлекательный."
"Он много обонял и многое простил, дорогая."
"Бабушка, какие у тебя большие зубы!"
Волк сказал: "Я доволен тем, кто я есть и что я есть" и выскочил из кровати. Он схватил Красную Шапочку клыками, готовясь проглотить ее. Красная Шапочка вскрикнула, но не из-за тревоги, вызванной очевидным стремлением волка к обмену одеждой, а из-за его безрассудного вторжения в ее личностное пространство.
Ее крик был услышан проходящей личностью, по специальности - дровосеком (или топливно-обеспечивающим техником, как он предпочитал называться). Он ворвался в коттедж, увидел происходящее и решил вмешаться. Hо, когда он поднял топор, и волк и Красная Шапочка остановились.
"Что, по-вашему, вы тут делаете?" - спросила Красная Шапочка.
Личность, по специальности дровосек, заморгал и попытался ответить, но не смог произнести ни слова.
"Врываетесь как неандерталец, доверяете топору думать за вас!" - воскликнула она. "Сексист! Специст! Как вы осмелились подумать, что представители женского пола и волки не могут решить собственные проблемы без помощи мужчины!"
Услышав страстную речь Красной Шапочки, бабушка выскочила из пасти волка, схватила топор и отрубила дровосеку голову. После этого сурового опыта Красная Шапочка, бабушка и волк решили основать альтернативное хозяйство, основанное на взаимоуважении и сотрудничестве, и с тех пор счастливо зажили в лесу.